Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Мозговой штурм

— Так! Все собрались? — Андрей Сергеевич обвел переговорную суровым взглядом. — Сегодня у нас мозговой штурм! Предлагаем любые идеи, даже самые безумные. Никто никого не критикует, обсуждаем абсолютно свободно, без чинов.
Андрей Сергеевич расстегнул пиджак и распустил галстук. Кто-то сбоку робко спросил:
— А что мы обсуждаем-то?
— А, да. На производстве за последний месяц вырос процент брака запчастей. Проверили поставщиков, все процессы, нигде изменений нет. А процент брака растет. Давайте предложения!
Как любой новый начальник, Андрей Сергеевич был нахрапист и самоуверен. Подчиненные, повидавшие многих начальников, выжидательно молчали.
— Ну! Вот вы, — Андрей Сергеевич показал ручкой на кого-то перед собой. — Какие у вас предложения? У нас мозговой штурм, говорите все, что придет в голову.
— Ну… Можно что-то одно поменять и посмотреть, что изменится, — вяло отреагировал тот, в кого ткнули.
— Отлично, принято! — Андрей Сергеевич нарисовал размашистую загогулину в блокноте. — Кто еще, ну? — Он ткнул ручкой в следующую жертву.
Через десять минут жертвы кончились. Андрей Сергеевич, поджав губы, удрученно обозревал загогулины в блокноте.
— Все? Еще предложения будут? — Несмотря на очевидное, Андрей Сергеевич никак не хотел расставаться с надеждой в чудо. И чудо свершилось. К сожалению, Андрей Сергеевич оказался к нему не готов.
— А давайте кошку яичными желтками накормим, — раздался голос из угла.
Говорившего не было видно за спинами, и Андрей Сергеевич приподнялся.
— Это кто там? — грозно вопросил он. — Что за бред?
Спины раздвинулись, явив взору начальства небритого (и, возможно, похмельного) молодого человека.
— Так сами же сказали, что можно любые идеи. Вот я и говорю, — ответствовал молодой человек.
— Какая кошка?! Какие желтки?!
— Ну… у нас тут кошка живет на складе, давайте ее яичными желтками накормим. Мне кажется, поможет.
— Молодой человек! — Взвизгнул Андрей Сергеевич. — Какая к черту кошка?! Вы вообще понимаете, о чем мы тут говорим?! Кто вы такой?!
Количество экспрессии в речи Андрея Сергеевича произвело должный эффект. Молодой человек куда-то самоустранился. Андрей Сергеевич сердито объявил мозговой штурм законченным.

Две недели спустя на стол Андрею Сергеевичу лег месячный отчет, который ему предстояло докладывать на правлении. Открывал он его с отвращением. Он и так знал, что почти все показатели были ниже плановых, да еще и этот брак запчастей. Однако насчет брака запчастей Андрей Сергеевич ошибся. В последние две недели процент брака упал практически до нуля. Такого на производстве не было никогда. Доклад на правлении приняли прекрасно.
Через два дня в корпоративной столовой Андрей Сергеевич услышал, как повариха ругалась на кого-то, что постоянно требует по десятку яичных желтков и сколько можно вообще все это терпеть. Он слегка удивился чьим-то гастрономическим изыскам, но и только.
Еще через два дня до Андрея Сергеевича дошло.
Через полчаса перед ним стоял небритый (и, возможно, похмельный) молодой человек.
— Ну а что? Мне просто показалось, что это поможет, вот и решил сделать. Мозговой штурм же, сами говорили: самые безумные идеи, — спокойно объяснялся молодой человек.
— Бред какой-то. При чем тут кошка? Как она на процент брака влияет? Она ведь даже не на производстве, а на складе, — пытался понять Андрей Сергеевич.
— Да откуда  я знаю, при чем тут кошка? Просто все как-то связано.
Андрей Сергеевич задумчиво обозревал молодого человека.
— Как тебя зовут?
— Егор.
— Вот что, Егор… о чем бы тебя таком спросить… — Андрей Сергеевич задумчиво погрыз ручку, оглядываясь вокруг. — Ну, скажем, как сделать, чтобы уборщица перестала наконец у меня на столе порядок наводить? А то надоела — каждое утро бумаги все в одну кучу сложит, думает, так правильнее. А мне потом ищи, где что. Сто раз ей говорил, толку никакого.
— Надо в столовую три красных стула купить, — без раздумий выдал Егор.
Андрей Сергеевич только вздохнул. 
— Ладно, иди.
Когда дверь за Егором закрылась, Андрей Сергеевич пожевал губами, потом все-таки записал в углу какого-то черновика «3 красн. стул. в столов.».

Через полгода Андрей Сергеевич возвращался с очередного собрания правления. Настроение было самое лучезарное. Ему выписали огромный бонус за достигнутые успехи, хлопали по плечу, зазывали в гости («только без жен, без жен»), интересовались, где он научился таким эффективным методам управления. В общем, Андрей Сергеевич чувствовал себя как неимоверно успешный управленец из какой-нибудь глянцевой рекламы. И сегодня Андрей Сергеевич окончательно решил, что быть успешным управленцем почетно, но необязательно на этом останавливаться.
Войдя в офис, Андрей Сергеевич первым делом спросил, где Егор.
— У себя, — скривившись, ответила секретарша.
Андрей Сергеевич направился в мансарду, которая три месяца назад была отдана в полное владение одному-единственному сотруднику — Егору. Теперь там стояло несколько диванов, огромный телевизор с игровой приставкой, не менее огромный бар, который постоянно пополнялся за счет компании… Андрей Сергеевич не мог упрекнуть себя в скупости. За добро он платить умел.
Егор, как всегда, валялся на диване, придерживая на животе стакан с виски. На другом диване спала какая-то голая девка. Егор был небрит и, как обычно, с похмелья. Лиловые шторы были опущены, тихо мерцал огромный телевизор, пахло чем-то пошлым и сладким. Атмосфера дешевого борделя.
Увидев начальника, Егор приветственно качнул стаканом и сделал из него хороший глоток.  Андрей Сергеевич встал перед Егором, загородив ему экран.  Егор недовольно поднял глаза:
— Что на этот раз?
— Вот что… — Андрей Сергеевич немного помялся. — Должность у меня, конечно, хорошая, денег полно и все такое… Но надо двигаться вперед, в общем.
Егор осклабился, снова приложился к стакану и продекламировал:
— Не хочу быть дворянкой столбовою, а хочу быть владычицей морскою! Я все ждал, когда вы ко мне с этим придете.
— Ага! То есть ты знаешь, как мне акционером стать?
— Знаю, конечно. И не просто акционером, а через год контрольный пакет получить.
— Ну? — Андрей Сергеевич даже притопнул ногой.  — Что надо сделать? Кактус на крыше мэрии посадить? В третий четверг подарить духи водителю пятой маршрутки? Что там тебе мироздание нашептало?
Егор глянул на спящую девку и поманил Андрея Сергеевича к себе. Тот нагнулся, и Егор прошептал ему на ухо короткую фразу.
— Да ты охренел?! — отпрянул Андрей Сергеевич. — Издеваешься надо мной, да? Ты вообще в своем уме?
— Вы спросили — я ответил. Я ничего не выдумываю, я тут вообще не при чем. Сами же говорили, что я просто транслятор. Вот и транслирую, чего передают, — Егор ухмыльнулся. — Кто ж виноват, что на этот раз передача такая похабная.
Андрей Сергеевич гневно потряс пальцем перед носом у Егора:
— Ни-ког-да! Этого никогда не будет, понял меня?
— Да мне-то что, — лениво ответил Егор. — Не хотите — не делайте, проблем-то. И вообще отойдите, я кино смотрю.
У себя в кабинете Андрей Сергеевич долго ходил от стены к стене, что-то бормоча себе под нос. Звонил телефон, пару раз заглядывала секретарша. Андрей Сергеевич ни на что не реагировал, только отмахивался.
Через полчаса он успокоился и остановился перед окном. Панорама огромного кипящего города всегда действовала на него как стимулятор, заставляя двигаться вперед. Андрей Сергеевич несколько минут стоял и раскладывал свои мысли по полочкам.
— А, какого черта, в конце концов… — пробормотал он. — Как говорится, один раз не… Ладно.
Он отвернулся от окна и пошел в мансарду к Егору за подробными инструкциями.

(no subject)

Впридачу к этому. Приятель вернулся из Африки и рассказал про дикое племя, которое живет где-то на границе Ганы. Рядом с этим племенем живет стая орангутангов. И орангутанги используют племя как детский сад. В прямом смысле слова: каждое утро орангутанги приводят своих детенышей к людям, оставляют и уходят по своим делам. Вечером забирают.
Мораль я тут не знаю.

От чужого лица

А давайте меняться цитатами. Расскажите, какие у вас любимые цитаты?
Принимаются цитаты про жизнь типа "бывает, ты ешь медведя, бывает - медведь есть тебя", какие-то фразы, засевшие в голове, вроде "пока не двинется наперерез на Дунсинанский холм Бирнамский лес", короче, все что угодно. Главное, чтобы это была цитата.
Если будет много хороших цитат, то я пообещаю больше не ссать в раковину.

Мне бы вон ту, сисястую - она глупей

И ветер, и дождик, и мгла
Над холодной пустыней воды.
Здесь жизнь до весны умерла,
До весны опустели сады.

Нынче ветрено, и волны с перехлестом
Скоро осень, все изменится в округе
Смена красок этих трогательней, Постум,
Чем нарядов перемена у подруги.

Сыпь, гармоника,— скука, скука...
Гармонист пальцы льет волной.
Пей со мною, паршивая сука,
Пей со мной!

Вчера ты была у меня
Но тебе уж тоскливо со мной
Под вечер ненастного дня
Ты мне стала казаться женой…

Дева тешит до известного предела -
Дальше локтя не пойдешь или колена.
Сколь же радостней прекрасное вне тела:
Ни объятье невозможно, ни измена!

Помнишь, Постум, у наместника сестрица -
Худощавая, но с тощими ногами.
Ты с ней спал еще. Недавно стала жрицей.
Жрицей, Постум, и общается с богами!

Излюбили тебя, измызгали
Невтерпеж.
Что ж ты смотришь синими брызгами,
Иль в морду хошь!?

Что ж, камин затоплю, буду пить.
Хорошо бы собаку купить.


Я вам еще не надоел?

Здравствуй, мама!

Он достал из лотка принтера чистый лист бумаги и положил перед собой. Взял ручку, покрутил ее, положил на место, закурил.
- Ну и что писать? «Превед, мамо, кагдила?». М-да.
Прищурив один глаз от дыма, он начал писать сверху:
Здравствуй, мама!
Стряхнул пепел, задумался.
- Ч-черт, ну зачем ей понадобилось, чтоб я письма писал? Я уж не помню, как это делается. Что там дальше обычно в письмах пишут? А, про погоду.
На бумаге появилось:
У нас сейчас дождливо. На улице противно.
- Вот, надо написать, что у меня постоянно ноги мокрые – пусть ей будет о чем побеспокоиться.
Везде огромные лужи, у меня постоянно сырые ноги.
Наклонив голову, он рассмотрел написанное.
- Ужасный почерк. Вообще говоря, нет почерка. Когда я последний раз писал от руки? А, заявление о разводе. Полтора года. Ладно, продолжим…
А как погода у вас?
- Кстати, действительно, как там погода? - Он придвинул клавиатуру, набрал адрес метеосайта. – Так. Минус тридцать три – тридцать пять, метель. Отец, уже, наверное, собак со двора домой забрал.
Наверное, холодно?
- Три строчки есть. Что дальше? Как меня выгнали с работы? Как я пил три месяца после развода? Наркотики? Триппер? Групповой секс? Блядь, о чем написать маме?!
У меня все хорошо.
Он снова закурил, выпустив дым прямо в морду лежащей на мониторе кошке. Кошка привычно сощурилась и прикрылась лапой.
- Господи, ну зачем ей мои письма? Она из армии их мало получала? Армия… Перловка дрянь, конечно, но зато воля была. Пацаны опять же… Сыч, Белов, Конь… Когда мы последний раз виделись? Белов, говорят, сейчас в Чечне. Да… а я менеджер, мама.
Мама, помнишь, как ты меня драться учила?А я плакал и говорил, что мне это не нужно. Я говорил, что папа никогда не дерется, и я не хочу. А ты сказала, что папа настоящий мужчина, силу которого видно сразу и поэтому никто не рискует с ним драться. Я тогда пообещал себе, что обязательно стану настоящим мужчиной.
Кошка с интересом наблюдала, как ручка бегает по бумаге.
Мама, я не стал настоящим мужчиной. Мне иногда кажется, что я и человеком-то не стал. Я ушел из детства, но никуда не пришел. Мама, я пустой внутри. У меня есть женщины, но нет любви. У меня есть куча приятелей, но нет друзей. Я разучился разговаривать с людьми. Я понимаю, что неинтересен другим, и меня утешает только одно – вокруг меня такие же неинтересные люди. Они, как и я, неинтересны даже сами себе.
Сигаретный пепел упал на ковер.
Я не знаю, что мне делать в жизни, мама. Я просто живу – ем, пью, сплю. Ненавижу свою работу и равнодушно отношусь к женщинам. Не знаю, что со мной будет через десять лет. Впрочем, я знаю – со мной ничего особенного не будет, и это вселяет в меня ужас. Мама, мне нужно чудо. Сам я его сотворить не в состоянии. Я разбазариваю свою жизнь, обменивая время на пустоту в душе.
Невидящими глазами он посмотрел за окно, где холодный дождь хлестал деревья.
Я не жалуюсь, мама. Мне просто хочется сказать, что я скучаю по тебе. И по папе. И по нашему дому. Кстати, я посмотрел прогноз – у вас скоро будет солнце. Мама, у вас будет солнце.
Целую, твой сын.

Он сложил письмо, вложил в конверт, надписал адрес. Оделся и вышел на улицу – опустить письмо в почтовый ящик.
Вернувшись, он попил чаю и лег спать, впервые за долгое время не выпив на ночь водки. Спал он спокойно.

(no subject)

- Товарищ капитан, ваш пьяный курсант загнал на дерево медведя! А потом он как ни в чем не бывало вернулся в часть.
- Кто, медведь?!
- Ну не курсант же...

Жизнь - полная чаша

Солнце заливало комнату, за окном буянила капель. Капли весело звенели, пытаясь вырвать Костю из алкогольного забытья. Серый кот, которому Костя за пять лет не удосужился дать имени, забрался на подоконник и заорал что-то нецензурное про весну. Бешеный кошачий крик стал последней каплей, заставившей Костю открыть глаза.
Костя бессильно шикнул на кота и поплелся на кухню, чувствуя, как сердце с уханьем падает вниз, а желудок, наоборот, устремляется вверх по глотке. На кухне Костю ждала бутылка с домашним квасом и специальная похмельная настойка.

У Кости в жизни было две страсти – выпить и похмелиться. Только неискушенный алкоголик может сказать, что это одно и то же. Это такие же разные вещи, как восход и заход солнца. Костя достиг высочайшего мастерства и в выпивке, и в похмелье. Он выпивал с радостью и похмелялся с удовольствием. Он знал десятки видов похмелья и сотни способов избавления от него. Из всех моих знакомых только Костя похмелялся так вкусно и с такой любовью к процессу.
Костя не торопясь выпил литр квасу, с удовлетворением отмечая, как успокаивается организм, и налил себе первые пятьдесят грамм похмельной настойки. Опрокинув стопку, он быстро закусил жгучим перчиком. Жаркая волна прошла по телу, вышибая из Кости хворь. Аккуратно налив еще сто грамм и прихватив перчик на закуску, он направился в комнату.
Жмурясь от весеннего солнца, Костя присел на подоконник. Пнул кота, чтобы убирался. Тот убрался на шкаф, улегся там и стал наблюдать за хозяином. Костя довольно поерзал на теплом подоконнике. Сейчас он опрокинет стопку, съест тарелку горячего супчика, а потом приберется в квартире. Жизнь хороша и с похмелья, и дураки те, кто этого не понимает.

Яркое солнце делало свое дело – лед на крышах таял, капли весело скатывались по сосулькам и летели вниз, на сухой и теплый асфальт. Одна из таких веселых капель стала последней для особенно крупной сосульки. Надломившись, сосулька весом с хорошего поросенка с треском рухнула вниз. Свой полет эта глыба завершила на капоте припаркованной у подъезда машины. Машина немедля заорала дурной китайской сигнализацией. Серый кот, которому так и суждено помереть безымянным, почувствовал в вое сигнализации что-то родное, мартовское, и с диким ревом стал метаться по шкафу. Первым делом он задел здоровенный горшок с каким-то засохшим цветком. Горшок не замедлил грохнуться вниз, припечатав Костину голову к подоконнику. Рюмка с настойкой прозвенела по полу и закатилась, как Костино похмельное счастье.
Кое-как собрав себя с подоконника, контуженный Костя выглянул в окно. Внизу надрывалась сигнализацией его машина с пробитым сосулькой капотом. Костя направился на кухню, беззвучно шевеля губами. Бутылка похмельной настойки была пуста. Костя перевернул ее вверх дном. В рюмку медленно сползла одна-единственная капля. Костя поднял рюмку на уровень груди, резко выдохнул и опрокинул в себя последнюю каплю настойки. Почмокал губами, чувствуя, как тепло разливается по всему телу. Потом Костя взял телефон.

Костин звонок вывел меня из алкогольного небытия. Нашарив трубку, я глухо сказал туда:
- Алло…
- Привет, – услышал я голос Кости. – Чего делаешь?
- Чего делаю… У меня такое чувство, что меня убили.
- Я хокку придумал. Слушай.
И Костя прочел мне хокку.

Полная чаша
Пуста, если нет в ней
Последней капли

Собака лает, караван идет

В последнее время мне очень много говорят по поводу моего образа жизни в том ключе, что пока я вот тут работаю, жизнь проходит мимо. Типа: "Витечка, да ты не офуел ли столько работать - от работы кони дохнут - когда ты жить собираешься?!". Собираюсь сейчас. Вот живу.
Вообще, мне непонятно, что это там мимо меня проходит?!?! Где оно, мля, сука, проходит еще?? Почему я ни хера эту жизнь мимоходящую не вижу?! Я - вот, и жизнь моя - вот. Или имеется в виду, что пока я вкалываю, можно было бы кучу всего другого успеть, еще не успетого? Ну и хрен бы с ним, я занимаюсь тем, что мне нужно. Не всегда тем, что мне нравится, а тем что нужно. Нужно, между прочим, для обеспечения мне нормальной жизни. Которая заключается в том, что я смогу работать столько, сколько мне нужно. Короче, замкнутый круг или что там еще. Мне по фиг. У меня ничего мимо не проходит, а если что и проходит - хрен бы с ним, пусть идет, пока не догнали да не дали по соплям. Темным вечером...:)
  • Current Music
    а кто-то просто шел домой и ел яичницу