Метро коллапсировало. «Поезда ходят с увеличенным интервалом, пользуйтесь наземным транспортом» - уныло гудел голос из динамиков. Толпа, как пена, заполняла все пространство, не оставляя свободным ни одного клочка. Сергею уже не хватало места для ног, он с трудом сохранял равновесие. Падать все равно было некуда, вокруг была плотная живая масса, дышащая и негодующая. Наверное, такие же ощущение испытывает жертва удава, когда ее неумолимо сжимает кольцо тугой мерзкой плоти, и нет никакой надежды вырваться. Он проклинал все на свете. Проклинал себя, что не догадался пять минут назад достать телефон и предупредить Ленку, чтобы не спускалась в метро – теперь было невозможно даже шевельнуть прижатыми к телу руками; проклинал Ленку, которая назначила встречу на станции – «а вдруг на улице дождь будет»; проклинал ее романтизм – ну какого черта мотаться по свиданиям, когда можно просто пойти заняться сексом; проклинал метрополитен, весь этот город и лично лысого мэра, проклинал матерей, которые нарожали столько людей, что теперь не вздохнуть в самом прямом смысле слова. Под сводами раздался мелодичный перелив. Из туннеля надвигался поезд. Толпа заворочалась, сжалась и толчками стала сдвигаться к краю перрона. Кольцо, сжавшееся вокруг, стало еще теснее, хотя это казалось просто немыслимым. Это черная дыра, мелькнуло в голове Сергея, там материя сжимается и сжимается, атомы упаковываются друг в друга, и здесь то же самое. Толпа между тем волокла его к краю перрона. Он стал сопротивляться, но все усилия были бесполезны. Люди вокруг тоже почувствовали приближение к краю пропасти, кто-то орал хриплым голосом, кто-то брыкался, лягался, и Сергей не отставал от всех. Но, видимо, он это делал хуже остальных и вот уже человеческий водоворот вынес его к самому краю платформы, казалось, кто-то специально вцепился ему в спину и не давал уйти от края, вокруг выли дикими голосами… Из туннеля раздался истошный гудок поезда. Сергей взвыл в бешенстве, задергался, спасая свою жизнь, чувствуя, что через мгновение рухнет вниз, на рельсы, но было не от чего оттолкнуться, не на что опереться, чтобы вжаться в толпу поглубже. Впереди была только пропасть, и тогда он схватил руку, упиравшуюся ему в спину, потянул на себя, извернулся и вышвырнул навстречу поезду чужое тело, оттолкнувшись от него и освободив себе место на платформе. Рев поезда и визг тормозов заглушил вой и крик стоящих на платформе. И в последнюю долю секунды перед тем, как туша поезда накрыла лежащего на рельсах человека, он увидел, что швырнул вниз Ленку, которая все-таки пришла на это свидание и сейчас глядела на него с черных шпал своими бездонными глазами.